Социолог — о «Дьявол носит Prada 2». Почему сиквел не щадит героинь
. Худшие стороны капитализма: квазиравенство и постфеминизмСоциолог оценил «Дьявол носит Prada 2»: это продажа феминизма и новой этики
Мэрил Стрип в роли несменяемой руководительницы «Подиума» Миранды Пристли. Кадр из фильма «Дьявол носит Prada 2»
«Дьявол носит Prada 2» — главная премьера весны, если не всего года. Фильм вызывает неоднозначные реакции, но собирает отличную кассу.
По просьбе РБК Life обозреватель Илья Семенов обсудил картину с социологом Жанной Черновой, чтобы узнать, как изменились главные героини за 20 лет, что с ними сделала новая этика и почему триумф женщин в финале оборачивается поражением и отказом от борьбы за права.
Осторожно: текст содержит спойлеры!
Вторая часть фильма «Дьявол носит Prada», от которой очень многого ждали, оказалась, по сути, легаси-сиквелом — ностальгическим кино, которое во многом повторяет сюжетные ходы первой части.
Напомним сюжет. Энди, героиня Энн Хэтэуэй, снова попадает в редакцию журнала «Подиум», в которой царствует Миранда Пристли в исполнении по-прежнему божественной Мерил Стрип. Помогает ей слегка постаревший, но блестящий Найджел Киплинг (Стэнли Туччи). Показ «Подиума» проводят уже не в Париже, а в Милане. Место главного челленджа Энди — неизданной книги о «Гарри Поттере» — здесь занимает интервью с недоступной Сашей Барнс, бывшей женой миллиардера, которую играет Люси Лью.
Слегка меняется только сеттинг: теперь в журнале думают о новой этике и пытаются поднять уровень просмотров и лайков, чтобы доказать инвесторам, что «Подиум» — это ценный актив. Злые инвесторы, равнодушные к моде, планируют избавиться от глянцевой медиагруппы в целом, но в итоге всех спасает Саша Барнс. Она покупает журнал и сохраняет редакцию, то есть царство Миранды Пристли. Но хороший ли это финал? Действительно ли героини изменились и насколько они самостоятельны?
Замороженные героини
В своей работе я исследую женщин среднего возраста, возрастные транзиты, то, как конструируется возраст, и в этом смысле есть большое поле для критики второго фильма.
- В медиа вообще мало репрезентации женщин среднего возраста. Их либо нет на экране, либо они появляются очень стереотипно, как, например, характерная для более традиционных дискурсов «бабушка». Другой вариант — застывшая форма как в картине «Дьявол носит Prada 2».
Телефонные разговоры в процессе перебегания через дорогу в неположенном месте — визитная карточка сиквела. Кадр из фильма «Дьявол носит Prada 2»
В первом фильме, мне кажется, было возрастное попадание в отношении Миранды и Энди Сакс. Последняя только окончила университет, ей где-то 24 года, и в этом смысле все достаточно логично: это репрезентация выхода на рынок труда, начало карьеры. Ее трансформации, ситуация выбора — все выглядит понятно. Миранде тогда в районе 55 лет, и для репрезентации женщины, достигшей высоких позиций, экспертности и звездности это тоже достаточно убедительно.
Но когда нам показывают их через 20 лет, создается ощущение, что никаких возрастных переходов в их жизни не происходило. Образы совершенно застывшие. Если Миранда образца 2006 года была привлекательной, мощной ролевой моделью для женщин, то в 2026 году этот образ просто консервируется, ей как бы не дали постареть, не показали, как происходит возрастной переход.
С Энди примерно то же самое. Если в 2006 году ей было примерно 24, то сейчас она уже взрослая женщина. Нам говорят, что она стала успешной журналисткой, ездила по всему миру, но кажется, что с ней на самом деле ничего не происходило, никаких профессиональных, коммуникативных навыков она не приобрела за эти 20 лет. Ее просто заморозили в образе девочки, которая может крутиться в орбите более старшей женщины.
Андреа Сакс и Найджел по-прежнему арендуют у склада «Подиума» наряды. Кадр из фильма «Дьявол носит Prada 2»
- В образах героинь нет развития, эти 20 лет ничего не дали содержательно. То, что в социологии называют биографической пластичностью (активная работа с новыми возрастными нормами), здесь просто отсутствует. Хотя вообще продвижение по биографическому пути предполагает рефлексию, переосмысление, изменение стратегии, появление новых ресурсов.
Миранда: пчелиная матка или патронесса
Есть мнение, что образ Миранды — хорошая визуализация так называемой Queen Bee, женщины, которая достигла успеха, но при этом не помогает другим женщинам. Она дистантная, холодная, властная, к ней сложно подойти.
Изначально этот термин использовался для того, чтобы подчеркнуть специфический карьерный путь женщин в мужских индустриях. Когда женщин мало, частью их успеха при продвижении по карьерной лестнице является отказ от открытой поддержки других женщин, отказ от солидаризации. Но если внимательно посмотреть на Миранду, то сходств не так уж много.
Отношения Миранды и ее правой руки, Найджела, не претерпели изменений за 20 лет. Кадр из фильма «Дьявол носит Prada 2»
Мне кажется, Миранда не классический образ Queen Bee, потому что она часто действует как патрон, поддерживает других женщин, не топит, не блокирует карьерные возможности, а распределяет доступ к позициям и ресурсам через личную лояльность, на собственное усмотрение. Например, мы узнаем, что она устроила Эмили в Dior, а Энди она дала хорошую рекомендацию.
- Это делает фигуру Миранды аналитически более интересной, она не просто жесткая и злая начальница, не столько токсичная личность, сколько персонифицированная власть, которая распределяет доступ к благам.
При этом с Queen Bee ее роднит стиль управления, маскулинизированный, утрированный стиль, который выстроен на жесткости, дисциплине, на инициации через страдания. Это не феминный, не женский стиль управления.
Кто теперь дьявол
Мне кажется, очень интересно сравнивать первый и второй фильмы. Первый «Дьявол...» — про успех в профессии в образе Миранды и некую социализацию, инициацию Энди, про ее выбор между собой, какой-то честностью, и тем, чтобы превратиться в Миранду.
При этом, глядя на Миранду, мы очень хорошо понимаем, какой путь нужно пройти, чтобы стать Мирандой. Необходимы строжайшая дисциплина, работа над собой 24/7, практически полный отказ от личной жизни, это, в сущности, очень высокая цена.
Эмили (Эмили Блант) не без помощи Миранды хорошо устроилась в жизни. Кадр из фильма «Дьявол носит Prada 2»
А второй фильм показывает ситуацию, когда этот путь уже пройден: инвестировано очень много времени, усилий, когнитивных ресурсов. Миранда стала легендой, она олицетворяет успех, между ней и журналом можно поставить знак равенства. Но проблема в том, что карьерная лестница, которая далась таким трудом, была выстроена в здании, которого уже фактически нет. Здание пересобирается в другом месте. И что делать на этой лестнице теперь, непонятно.
- Выясняется, что правила изменились, индустрия изменилась, прошлый символический капитал, экспертность больше не гарантируют контроля над собственным статусом.
Тут можно вспомнить Макса Вебера (немецкий социолог, философ, историк, политический экономист, один из основоположников социологической науки. — РБК Life), который писал про разные типы власти. Миранда олицетворяет харизматическую власть, которую практически нельзя передать. В фильме «Дьявол носит Prada 2» мы видим, как приходит власть иного типа — власть алгоритмов и цифровых платформ. С одной стороны, более рациональная, с другой — распределенная. Если раньше журнал был пространством экспертизы, где Миранда вырабатывала правила и раздавала оценки, говорила, что хорошо, а что плохо, то теперь нет единого центра, все распылено.
Если рассматривать ситуацию по Пьеру Бурдьё (французский социолог, этнолог, философ и политический публицист, один из наиболее влиятельных социологов XX века. — РБК Life), суждение вкуса, которое производит Миранда, то есть ее символическая власть, теряет актуальность. Теперь все оценивается через безличные и объективные вещи типа метрик: количество скачиваний, количество репостов, лайков и так далее.
Миранда лично встречается с рекламодателями «Подиума» — настолько плохи дела у журнала. Кадр из фильма «Дьявол носит Prada 2»
- Получается, что с социологической точки зрения второй фильм — это сюжет про обесценивание накопленного капитала. О том, что делать в ситуации, когда структурные условия изменились, изменилась модель власти.
В моих интервью женщины среднего возраста часто формулируют это так: «Я делала все правильно, а потом выяснилось, что правила поменялись». История Миранды — про то же самое, только на уровне целого института.
Новая ассистентка и новая этика
В социологии есть понятия эмоциональной работы и эмоционального труда. Их сформулировала социолог и писательница Арли Хокшилд, которая изучала две профессии — стюардесс и коллекторов.
Эмоциональную работу мы выполняем в личной жизни, приводим свои чувства в соответствие с конвенциональными ожиданиями по отношению к другим людям. Деньги мы за это не получаем. А эмоциональный труд связан с профессиональной деятельностью.
Арли Хокшилд (исследовательница эмоций, формирующих моральные убеждения, практики и общественную жизнь в целом. — РБК Life) говорит, что есть профессии, в которые зашито выполнение эмоционального труда. Например, стюардесса должна улыбаться, создавать комфорт. Коллекторы же, наоборот, должны быть угрожающими, должны пугать. В их должностных инструкциях это не прописано, но это часть их трудовых функций.
В эту же категорию входят секретари и личные ассистенты. Помимо того что они должны хорошо печатать, отвечать на звонки, знать делопроизводство, они еще должны очень хорошо угадывать настроение начальника, вовремя предлагать кофе, покупать подарки от коллектива и так далее.
Бизнес-разговоры о победах в салоне автомобиля — еще одна визитная карточка сиквела. Кадр из фильма «Дьявол носит Prada 2»
В первом фильме хорошо показали, в чем, собственно, состоит их работа: угадывать желания Миранды, снижать агрессию и так далее. А в новом контексте, в новой корпоративной культуре этого уже недостаточно. Необходимо еще снижать репутационные риски и приводить начальника, представителя старой власти, в соответствие новым нормам. Эти новые нормы действительно есть, это уже разделяемые, конвенциональные ожидания.
- Жесткость и агрессия недопустимы, не являются легитимными — Миранда Пристли уже сама вешает пальто в шкаф.
И с одной стороны, можно это интерпретировать как некий прогресс. Сейчас и правда достаточно много исследований, которые демонстрируют, что новые рабочие места стали чувствительны к унижению, стали более этичны. Но для меня здесь важен акцент на том, что ответственность за эту институциональную адаптацию к новым нормам спускается вниз — на помощниц, ассистенток.
То есть это не головная боль Миранды, у нее есть на кого переложить эту обязанность. И я вижу эту ситуацию как расширение эмоционального труда ассистентки. Она теперь должна еще и адаптировать, переводить старый стиль управления на язык новой корпоративной нормы.
Добрые женщины помогают друг другу
Концовка фильма оставляет негативное впечатление, потому что нам в очередной раз продают идею женского сестринства. Но продают не очень умело. Мы видим, что есть проблема, которую две статусные женщины среднего возраста не могут решить самостоятельно, и они решают эту проблему через другую женщину — с ресурсами.
Здесь Саша, героиня Люси Лью, показана как некая спасительница. И это, мне кажется, явный намек на конструкцию сестринства. Хотя вообще-то Миранду сложно заподозрить в симпатиях к феминизму: в первом фильме она без комментариев отклоняет статью про женщин в Верховном суде.
Кадр из фильма «Дьявол носит Prada 2»
Получается удобный ход, который позволяет решить все проблемы: мы нашли деньги и теперь мы будем продолжать делать то, что мы делали. Но вопрос в том, как устроены институты, внутри которых живут и работают героини. Миранда продолжает транслировать очень маскулинизированный стиль управления, все проблемы, которые были в первом фильме, остаются, хотя нам показывают это как победу.
- Такая продажа сестринства связана с постфеминизмом, то есть активным поглощением феминистских идей потребительской культурой. Феминизм становится аполитичным, он становится товаром. И это совершенно вымывает важнейшую функцию феминизма — критику системы и структур, которые создают правила игры.
Постфеминизм работает именно так: проблема упаковывается в феминистскую обертку, но содержание (неравенство, жесткий стиль управления, требование безграничной преданности корпорации) остается прежним. Саша покупает медиагруппу, но это не столько солидарность, сколько сделка. Миранда и Энди просто сменили одного миллиардера на другого. Женское лицо власти не меняет ее устройство.
Энди Сакс предоставляется возможность закрыть гештальт в отношениях с деспотичной начальницей. Кадр из фильма «Дьявол носит Prada 2»
В конце фильма развивается такой утешительный нарратив: добрые женщины помогают друг другу. Но сама система при этом не меняется, женщины и Найджел Киплинг как бы делают шаг в сторону, садятся за отдельный стол и продолжают там заниматься своими делами. Но за главным столом все еще сидят богатые мужчины, такие как бывший муж Эмили. В их мире ничего не меняется, без «Подиума» их жизнь становится только лучше.
- Получается квазиравенство: маргинальные люди поддерживают друг друга, но никакой реальной борьбы за права не происходит.
