Подписаться«Макс»

Однажды на пороге дома братьев Адама (Кристофер Эбботт) и Чарльза (Майк Фейст) Трасков в долине Салинас оказывается окровавленная и избитая женщина. Ее зовут Кэти (Флоренс Пью), и она в беде. Адам проникается состраданием к гостье и ухаживает за ней, в то время как Чарльз не доверяет девушке.

Из настоящего мы переносимся в прошлое, во времена взросления сводных братьев. Личности Адама и Чарльза складываются из отношения к ним отца Сайруса Траска (Трейси Леттс), ветерана Гражданской войны. К первому из братьев глава семьи более благосклонен, чем ко второму, и это напрямую сказывается на характерах мальчиков. После смерти отца Адам и Чарльз получают солидное наследство, накопленное Сайрусом нечестным путем. Разные по темпераменту братья Траск выбирают морально полярные пути: Адам с открытым сердцем проявляет милосердие, а Чарльз идет на поводу своих пороков. Когда в семейном доме появляется Кэти, лучшие и худшие черты братьев обостряются под ее манипулятивным влиянием.

Роман Джона Стейнбека «К востоку от рая» (1952), центральной темой которого была свобода воли человека, подарил нам одну из главных злодеек в мировой литературе. Семейная сага о нравственном выборе — потакать греху и совладать с ним, во многом опиралась на библейский сюжет о Каине и Авеле. Кэти Эймс же была воплощением порока и искусительницей, змеем в женском обличии. Стейнбек вслед за братьями наделил героиню свободой выбора, но изобразил ее как чудовище, злое по своей природе, а не из-за жизненных обстоятельств. Сериал «К востоку от Эдема» делает Кэти более объемной героиней, а не просто исчадием ада, виноватом во всех бедах рода мужского.

Экранизация максимально близко раскрывает взаимоотношения героини с братьями Траск и окружающими ее людьми, формально показывая Кэти как хладнокровную социопатку. Она оставляет от семейного прошлого одно пепелище, вгрызается в руку фермеру Сэмюэлу во время родов и травит хозяйку борделя мышьяком, чтобы позже занять ее место. Однако сценаристка Зои Казан («Дикая жизнь», «Руби Спаркс») заботится о том, чтобы придать становлению Кэти глубину и контекст, при этом не оправдывая ее. Внучка Элии Казана, снявшего «К востоку от рая» (1955) с Джеймсом Дином, больше отдает предпочтение моральному падению женщины нежели перипетиям семей Трасков и Гамильтонов, живущих на одной земле.

В руках сценаристки Зои Казан «К востоку от рая» становится историей о женщине, которая стремится к абсолютной свободе — от домашнего насилия, брачных уз и нравственно-социальных норм. И предстает перед зрителем героиней без совести и сожалений. Она точно знает, чего хочет, и использует свою привлекательность и умение втираться в доверие ради личной выгоды. Интересно, что этот комплекс качеств прекрасно сочетается с персонажами-мужчинами (которых называют героями своего времени или морально сложными фигурами), тогда как женщин в литературе и кино с его помощью принято демонизировать и отдалять от «женской натуры». Так что образ Кэти в сериале становится ответом на многолетнюю романтизацию роковых мужчин — от Жоржа Дюруа из «Милого друга» и Ретта Батлера из «Унесенных ветром».

Эймс видит только один путь к самостоятельности (другого просто нет на ее веку) — посвящает жизнь обслуживанию мужской похоти (сначала как проститутка, затем — хозяйка борделя). Но перед ее глазами все время стоит тот роковой день, когда богатый покровитель избил ее до полусмерти. К тому же за выбранный путь героиня расплачивается здоровьем. Физические мучения Кэти, показанные с близкого расстояния, отражают разрушительную изнанку секс-работы. Зои Казан очень ярко и расчетливо приводит цену, которую женщина платит за свою независимость за неимением альтернатив для самореализации.

Флоренс Пью мастерски отыгрывает двуличную натуру Кэти Эймс — она умеет быть услужливой и внимательной, когда это выгодно, и агрессивной, когда кто-то посягает на ее свободу. Актриса создает убедительный портрет женщины, которая любой ценой выживает в предложенных ей обстоятельствах. Кэти Эймс фактически становится главной героиней сериала «К Востоку от Эдема», тогда как в романе Стейнбека важнее были судьбы нескольких поколений семьи Трасков.

В экранизации линия братьев, которыми крутит роковая Кэти, предвосхищает то, как в дальнейшем складываются отношения ее сыновей. Наивный Аарон и провокатор Кэл, причиняющий боль другим, словно отражения добросердечного Адама и аморального Чарльза. Противоречивые отношения братьев, в которых есть и зависть, и соперничество, и глубокая привязанность, лучше объясняются в драме сыновей Кэти, нежели в линии их взрослых «двойников» из предыдущего поколения Трасков.

Кэл открывает в себе унаследованную тьму и пытается бороться с ней, а Аарон остается чистой душой, не готовой к циничности этого мира. Нравственным камертоном, цитирующим Библию и направляющим братьев, в сериале выступает образованный и сочувствующий слуга-китаец Ли (Хун Ли). Именно этот персонаж формулирует предназначение братьев Траск — младшего и старшего поколений.

Опираясь на правильный перевод еврейского глагола «тимшел», Ли корректирует цитату из Библии: вместо «ты будешь властвовать над грехом», он предлагает братьям Траск слова «ты можешь властвовать над грехом», которые определяют всю суть «К Востоку от Эдема». Сериал не противоречит идее романа (свободный выбор между добром и злом), но при этом практически жертвует историей семьи Гамильтон, вхожей в дом Трасков. Зато «духовный наставник» Ли получает собственную арку, а Кэти Эймс больше не демонизируется.

Конечно, охватить все события и детали монументального романа за семь эпизодов невозможно. Так что семейные драмы поданы куда проще, в отдельных, полных отчаяния эпизодах. Экранизация больше увлечена грехопадением женщины, а не болевыми точками родственных связей. В форме переосмысления романа Стейнбека с фокусом на истории Кэти Эймс «К востоку от Эдема» действительно впечатляет как внутренне, так и внешне. Героиня Флоренс Пью в роскошных платьях царит в интерьерах собственного борделя, которым противопоставлены первозданные просторы долины Салинас. И внешне она неуязвима, хотя внутри тени прошлого раздирают ее на части.

Ее выразительная игра вливается в выверенный эмоциональный тон этой семичасовой семейной драмы, но иногда затмевает старания ее партнеров. Так Адам рядом с ней кажется неустойчивым, а Чарльзу словно бы недодают пространства. Линия между Эймс и Чарльзом кажется недописанной, хотя взамен вызывает не вопросы и претензии, а пожелания и фантазии. И в целом вся обстановка вокруг персонажей, присущая саге, которая распространяется на десятилетия, отражает стремительную смену атрибутов времени, нарушение традиционных жизненных укладов и нетронутую на этом фоне греховность человеческой натуры с ее вечными проблемами с ответственностью за собственные поступки.