Стокер: кровопускание и вампиризм как болезнь

Стокер родился 8 ноября 1847 года, а умер 20 апреля 1912 года. В детстве у него были проблемы со здоровьем: до семи лет он не мог стоять и ходить. Лечили его традиционным для той эпохи методом — кровопусканием, напомнили в Britannica. Впоследствии он стал спортсменом и играл в футбол в Тринити-Колледже в Дублине.

До сих пор неясно, от какой именно болезни страдал писатель. Но известно, что в годы, когда он был прикован к постели, в качестве «развлечения» ему служили жуткие рассказы матери — Шарлотты Стокер. Она выросла на северо-западе Ирландии во время эпидемии холеры, а ее правдивые истории были гораздо страшнее, чем выдумки повзрослевшего Стокера. Так, она говорила о массовых захоронениях, в которых оказывались и живые люди. Пример: одна из ее историй была о соседе, у которого в больнице умерла жена. Нашел он ее на окраине города в братской могиле. Когда мужчина наконец-то добрался до погребения, то увидел, как его живая супруга пытается выбраться из захоронения.

«Дракулу» опубликовали в 1897 году. Стокер написал еще несколько романов, но ни один из них не сравнится с шедевром о вампире по популярности и тому влиянию, которое книга оказала на мировую культуру.

Внучатый племянник писателя Дейкр Стокер изучил архивы своего прославленного родственника, некоторыми из своих открытий он поделился с издательством Penguin. Например, в коллекции заметок писателя о Дракуле он нашел вырезку из газетной статьи 1896 года с заголовком «Страх перед вампирами в Новой Англии». Вероятно, автор романа о кровопийце прочитал заметку во время американских гастролей театра «Луцеум», в котором работал. В публикации говорилось о том, что страх перед вампирами связан с неверным истолкованием вспышек туберкулеза. Дело в том, что до формирования современной медицины казавшиеся странными смерти объясняли за счет воздействия сверхъестественных сил, в том числе и вампиров.

Кем был Влад III Цепеш

По одной из версий, господарь Валахии (княжество находилось на территории современной Румынии) Влад III Цепеш (1431-1476) послужил источником для создания образа древнего упыря в романе Стокера, уточнили в Britannica. Стокер прочитал книгу о Валахии в 1890 году, Влад III в тексте не упоминался, но писателя поразило само слово «Дракула», добавили в Live Science. В его записях сохранилась отметка «Дракула на валашском означало «дьявол».

Теория о том, что Влад III и Дракула — один и тот же человек, была популяризована Раду Флореску и Рэймондом Т. МакНелли в книге «В поисках Дракулы: История Дракулы и вампиров» 1972 года, дополнили в The New York Times. Их гипотезу поддержали не все ученые, но это не помешало Флореску и МакНелли стать звездами различных телешоу.

Прозвище Дракула получил отец Влада III — Влад II, так как состоял в ордене Дракона, воинственном братстве, основанном императором Священной Римской империи Сигизмундом I Люксембургом и призванном остановить продвижение Османской империи вглубь Европы. Впоследствии Влад II был вынужден изменить политическую позицию ради сохранения власти. В итоге Влад III и его младший брат Раду были оставлены в качестве заложников султану Мураду II.

Из-за территориальных завоеваний Османов в дело вмешался венгерский воевода Янош Хуньяди, при поддержке валашской знати Влад II оказался свергнут. Бывшего правителя казнили, а его старшего сына Мирчу ослепили раскаленной кочергой и заживо похоронили.

Влад III и его младший брат в турецком плену обучались наукам, философии и искусству. Цепеш также стал искусным наездником и воином. «По нынешним меркам, к ним относились хорошо», — заметила в беседе с Live Science Элизабет Миллер, автор книги «Дракула: Смысл и бессмыслица» (оригинальное название Dracula: Sense and Nonsense). По ее словам, смирился и принял турецкую сторону брат Цепеша Раду, но не Влад III. По мнению Миллер, желание поквитаться из-за пленения могло быть одним из мотивов в его последующей борьбе с турками, а победы Влада III над Османами впечатляли даже папу римского Пия II.

Влад III вернулся в Валахию в 1448 году, на тот момент ему было 17 лет. Он отомстил убийцам отца и брата, многие из них были посажены на кол. Отсюда и прозвище правителя — Цепеш (Колосажатель). За годы у власти он прибегал и к другим видам пыток, но большей популярностью у него все же пользовался именно кол. По подсчетам исследовательницы Александры Бартошевич, таким образом по приказу Цепеша было убито от 40 тыс. до 100 тыс. человек. Но есть нюансы.

По словам Миллер, в XV веке истории о Владе III Цепеше нередко издавали в качестве памфлетов люди, враждебно к нему настроенные. При этом монах Ефросин называл Дракулу, хоть и жестоким, но справедливым правителем. Историк Денеш Хараи настаивает на том, что число жертв Колосажателя сильно преувеличено. По его мнению, подобный вид казни был исключительным инструментом, который применялся в исключительных случаях. Как отметил Хараи, лишь несколько источников позволяют оценить масштабы такой практики.

Как славяне представляли себе упырей

Сразу оговоримся, что указать прямой аналог Стокеровскому Дракуле в мифологии, можно не всегда. К тому же мифы о нежити и злых духах слишком обширны, а облик всевозможных упырей трансформировался как со временем, так и от региона к региону. Укомплектовать детальный анализ каждого упыря из легенд всех регионов — задача непосильная для относительно небольшой статьи. Далее лишь скромная выборка интересных примеров из европейских мифов и легенд.

Мифы о вампирах были в особенности популярны в Восточной Европе.

Как в славянских мифах и легендах были представлены упыри, можно узнать из фундаментального труда историка Александра Афанасьева «Поэтические воззрения славян на природу» (издательство «Манн, Иванов, Фербер»). Афанасьев уточнял, что вампиры в представлении славян состояли в «ближайшем сродстве» с ведьмами и оборотнями. Считалось, что ими становились после смерти колдуны, оборотни или любые отверженные церковью люди (самоубийцы, умершие от пьянства, еретики, проклятые родителями и богоотступники).

В качестве одного из многочисленных примеров историк приводит то, как происхождение вампиров толковали малорусы. Считалось, что упыри рождаются в блуде ведьм с чертом или оборотнем (вовкулаком). По ночам они выбираются из своих могил и принимают разные образы, а еще могут летать, ездить на конях, поднимать шум, пугая путников, и проникать в дома, где пьют кровь у сонных людей, в особенности им нравится кровь младенцев, при этом жертва вампира умирала.

Люди верили в то, что если руки упыря были сложены крест на крест и окоченели, то в ход шли его зубы. Считалось, что они у такой нежити, как стальные, и могут разрушить любую преграду на пути. Например, говорилось, что упырь способен прогрызть двери, чтобы проникнуть в дом.

Спасением от этой напасти представлялся предрассветный крик петуха. Застигнутая врасплох нежить якобы исчезала или падала в бесчувствии.

Согласно болгарской мифологии, упыри появлялись так: в мертвое тело злодея вселялся нечистый дух. Не посчастливится стать вампиром и тому, через чей труп перепрыгнет кошка. Так что родственники старались охранять тела умерших, когда покойника оставляли в избе. Чтобы избавиться от упыря, его заклинали войти в кувшин. Далее сосуд запечатывали и сжигали.

Сербы считали, что любой покойник может «повампириться», то есть стать вампиром, если через его тело перелетит птица или перескачет какое-либо животное. Напившиеся человеческой крови упыри якобы лежали в своих гробницах раздутыми и с румянцем. Иногда они якобы навещали своих жен (в особенности, красивых) и спали с ними.

Кашубы и словенцы называли упырей вещими. Считалось, что вампирами становятся после смерти люди, родившиеся с зубами или в «сорочке». После смерти у них оставался румянец, а левый глаз был открыт. Так, кашубы верили, что пробудившийся в могиле упырь сначала грыз свои же руки и ноги, а в это время умирали его родные. Как только упырь заканчивал с самоедством, то он выбирался из могилы и нападал на скот.

Как в Древней Греции красавицы-вампирши откармливали «женихов»

В книге «Вампиры в верованиях и легендах» («Издательство ЦП») Монтегю Саммерс заявляет, что в древнегреческой мифологии не так много аналогов для вампиров. На его взгляд, вампиров напоминали эмпусы из свиты Гекаты.

Эмпуса — злой дух, который был способен принимать видимый и осязаемый облик, но его «тело» все же не было человеческой плотью. То есть древнегреческая версия вампира никогда не была человеком и не выбиралась из могилы после похорон.

Одно из самых известных описаний эмпусы представлено Филостратом в «Жизни Аполлония из Тианы». Якобы один из учеников философа влюбился в красивую девушку, и та отвечала взаимностью. Вот только красавица оказалась эмпусой, и под влиянием Аполлония на свадебном торжестве призналась, что собиралась откормить «жениха», чтобы потом съесть его — питалась невеста-вампир «молодыми и красивыми телами», так как считала, что в них «чистая и сильная кровь».

Кого боялись викинги: драугр

Как пишет The Collector, викинги верили как в жизнь после смерти, так и в то, что можно было «застрять» между жизнью и смертью. Последнее обычно случалось с людьми злыми, цеплявшимися за жизнь ради каких-то ужасных целей. Такую нежить называли драуграми.

К примеру, о них упоминается в исландской «Саге о Греттире», которая была записана в XIII или XIV веке, но описанные в ней события якобы произошли в X или XI веке. В центре — рассказ о Греттире, решившем стать истребителем чудовищ. Одним из первых монстров, с которым ему пришлось столкнуться, стал драугр, который при жизни был известен как Кар Старый. В виде драугра он охранял сокровища в своем кургане. Греттир победил Кара Старого и забрал ценности из могилы, среди которых — хороший меч.

Другой драугр при жизни был невежественным пастухом Гламром и пренебрегал традициями. Однажды он вышел в снег, чтобы прогнать некую нежить и сам лишился жизни. Его не смогли похоронить подобающим образом, так он и превратился в драугра. Гламр разрушал дома голыми руками, изводил скот и убивал людей, дробя им кости.

Гламр достиг гигантских размеров, его кожа омертвела и местами позеленела, глаза у него были красными, нос отваливался, продолжавшие расти ногти в схватке с Греттиром он использовал как ножи.

Еще один пример — «Сага о Хромунде Грипссоне» была записана в XIV веке, но повествует о событиях якобы произошедших в начале XI века. Гальский король-чародей Траин сам сошел в свой могильный курган, решив стать нежитью. Хромунд спустился в курган Траина ради его меча. Воин обнаружил драугра сидящим на троне, кожа его была синей. Хромунд забрал меч и вызвал нежить на дуэль. Драугр был уставшим и сражаться не хотел, но все же согласился сойтись в рукопашной. В схватке он использовал ногти как когти, поцарапал шею Хромунду... и все равно проиграл. Воин отрубил ему голову и предал останки огню. Перед смертью драугр предостерег Хромунда о риске ставить богатство выше действительно важных вещей.

Донимал живых и даже довел сына до безумия и драугр в «Саге о людях из Лососьей долины». Некий Храппр попросил, чтобы его похоронили в одной из комнат его дома, якобы для того, чтобы он и после смерти мог присматривать за своей фермой. Сначала его перезахоронили, драугр стал меньше терроризировать бывших соседей, но все равно не исчез. Когда его могилу раскопали, то выяснилось, что тело умершего не разложилось. В итоге местные сожгли его останки и развеяли пепел.

Как сформировался образ современного вампира

В значительной мере современная вариация мифа о вампире происходит из готической европейской литературы XVIII и XIX веков. Приблизительно в это же время в Европе достигла своего пика истерия по вампирам.

В стихах вампиры упоминались уже в XVIII веке, пример — «Вампир» (1748) Генрих Августа Оссенфельдера. Рассказчик в этом произведении напоминает вампира и соблазняет невинную девушку. На английском языке стихи о вампирах стали появляться на рубеже XIX века — это «Вампир» (1810) Джона Стэгга и «Гяур» (1813) Байрона. Первая «вампирская» проза, опубликованная на английском языке, — «Вампир» Джона Полидори. По сюжету, в этом романе загадочный аристократ Рутвен соблазняет юных девушек, чтобы напиться их кровью и исчезнуть.

К более поздним произведениям о вампирах относятся «Варни-вампир» (1845-1847) и «Таинственный незнакомец» (1853), которые упоминаются как возможные источники влияния на «Дракулу» Брэма Стокера (1897) и «Смерть возлюбленной» Теофиля Готье. Образ женщины-вампирши был создан в романе «Кармилла» (1871-1872) Шеридана Ле Фаню.

«Дракула» Стокера — одно из ключевых произведений, повлиявших на представления о вампирах. На протяжении последующих десятилетий «Дракула» продолжал оказывать влияние на представление о вампирах. Эта книга стала источником вдохновения для создания культового фильма — «Носферату, симфония ужаса» Фридриха Вильгельма Мурнау. Как утверждают в Britannica, именно в этой ленте вампир впервые был представлен как создание, уязвимое перед лучами Солнца.

В XX веке вампиров перестали изображать как преимущественно животных созданий, в их облике появились признаки, демонстрирующие широкий спектр человеческих свойств. В 1975 году вышла книга «Запись Дракулы» Фреда Саберхагена, которая представляет собой пересказ событий романа Стокера с точки зрения «неправильно понятого злодея».

Новая эра в литературе о вампирах началась с Энн Райс и ее «Интервью с вампиром», в книге упыри оказались задумчивыми, склонными к отвращению к себе самим, а еще они ссорились прямо как люди и были наделены невероятной красотой. В экранизации романа главные роли исполнили Брэд Питт и Том Круз. Культовой стала и сага «Сумерки» Стефани Майер, в которой вампиры враждовали с оборотнями. Образ сияющего на Солнце вампира-старшеклассника в экранизации романов воплотил Роберт Паттинсон.

Вампиры вполне удачно «встроились» и в экшен-фильмы, пример: «Блэйд» и «Другой мир».

В российской киноиндустрии в 2020-е годы появились минимум два проекта, в которых была представлена самобытная трактовка облика вампиров — это сериалы «Вампиры средней полосы» и «Пищеблок».

Как вампир-аристократ связан с чудовищем Франкенштейна

Автор романа «Вампир» Джон Полидори (1795-1821) родился в Лондоне, его отец — итальянский ученый Гаэтано Полидори, а мать — английская гувернантка Анна Мария Пирс. В 1815 году он получил степень доктора медицины и уже в следующем году поступил на службу к Байрону, напомнили в Квинслендском университете.

В 1816 году Байрон сбежал из Англии и снимал виллу Диодати возле Женевы (Швейцария). В июне его навестили коллеги-поэты Перси Шелли и Мэри Годвин, пара вскоре поженится, и Годвин будет известна уже под именем Мэри Шелли. В числе гостей была сводная сестра Мэри Годвин — писательница Клара Клэрмонт, приехал и личный врач Байрона — Полидори.

Шел сильный дождь, так что молодые люди оказались взаперти и сначала коротали дни за чтением немецких рассказов о приведениях. В итоге Байрон предложил им самим придумать историю о привидениях. Результат оказался феноменальным — Байрон создал фрагмент, который позднее был опубликован в качестве послесловия к его поэме «Мазепа» (1819), Мэри Шелли придумала «Франкенштейна» (опубликован в 1818), а Полидори — «Вампира».

Считается, что через несколько месяцев Полидори записал эту историю для графини Бреус, потом издатели купили у нее рукопись. Впервые «Вампира» опубликовали 1 апреля 1819 года в журнале The New Monthly Magazine Генри Колберна. Уже через месяц роман вышел в качестве книги в издательстве Sherwood, Neely, and Jones. И в первом, и во втором случае автором был указан Байрон. Полидори через суд добился запрета на то, чтобы книгу подписывали именем прославленного поэта. Байрон тоже отказался от авторства. Тем не менее успех произведения во многом был связан с тем, что его изначально приписывали именно Байрону, заметили в Квинслендском университете.