Как убивали Цезаря

В заговоре против правителя Древнего Рима участвовало 60 человек, уточнили в энциклопедии Britannica. Свой умысел они осуществили 15 марта 44 года до нашей эры. Считавшие себя спасителями свободы и демократии заговорщики нанесли Цезарю 23 удара ножом.

На момент смерти Цезарь уже носил титул диктатора. К заговору его участников подтолкнула усиливающаяся монархическая тенденция режима правления. При этом некоторые заговорщики «скорее потеряли, нежели что-то выиграли» в результате убийства Цезаря, который привел их к политическому успеху, добавили в Britannica.

Как добавили на портале History, на момент смерти почти 500-летняя Римская республика уже несколько десятилетий была в упадке. К ее ослаблению еще за столетие до прихода к власти Цезаря привели имущественное неравенство, безвыходное политическое положение, гражданские войны.

Что произошло после убийства Цезаря

Брут был одним из ключевых организаторов заговора и готовился произнести речь в честь восстановления Римской республики. Он был шокирован тем, что известие о смерти Цезаря было встречено с негодованием, а не с благодарностью. Вместо стабилизации Римской республики смерть Цезаря повергла ее в очередную гражданскую войну: сначала борьба шла между сторонниками Цезаря и его убийцами, а потом сторонники диктатора боролись и друг с другом.

В качестве законного преемника Цезаря видел себя Марк Антоний. Но в своем завещании Цезарь указал другого наследника — 18-летнего внучатого племянника Октавиана — и усыновил его. Автор книги «Десять цезарей: римские императоры от Августа до Константина» Барри Штраус охарактеризовал последнего как хитрого и безжалостного политика, который понимал, как вести двойную игру.

Октавиан и Марк Антоний совместно разгромили силы лидеров заговора Брута и Гая Кассия Лонгина в 42 году до нашей эры в Филиппах (север Греции). В сражении погибли десятки тысяч человек, свели счеты с жизнью и побежденные Брут и Кассий.

Октавиан позиционировал себя как единственного защитника Рима от восточного влияния Египта. Марк Антоний был женат на его сестре и при этом завел роман с Клеопатрой, царицей Древнего Египта. Военно-морской флот Октавиана разгромил объединенный флот Клеопатры и Марка Антония в 31 году до нашей эры, сами же они повторили путь Брута и Кассия.

Октавиану удалось устранить всех соперников, он установил абсолютную власть над бывшей республикой, а его могущество превзошло власть, некогда бывшую в руках у его двоюродного деда. В 27 году до нашей эры Сенат присвоил ему титул «Август», Октавиан правил как первый римский император, хоть так и не принял этот титул. «В его арсенале было несколько хитростей. Одна из них состояла в том, чтобы притворяться, что происходящее в действительности не происходит. Он утверждал, что восстановил республику, никогда не использовал термины «диктатор» или «царь» и называл себя «первым гражданином Рима», — добавил Штраус.

В 22 году до нашей эры в Риме произошло наводнение, город охватили голод и чума. Граждане Рима заперли группу сенаторов и пригрозили сжечь их заживо, если Октавиана не назначат диктатором. Они считали, что только Октавиан сможет их спасти. «Свобода, к которой они стремились, — это свобода от войн, голода и хаоса», — дополнили в History.

Как основатель Римской империи Октавиан фактически завершил дело, начатое Цезарем.

Кем Брут приходился Цезарю

Брут родился в семье знатного плебея и патрицианки Сервилии, которая длительное время состояла в романтической связи с Цезарем. Об их романе было известно всему Риму. Некоторые историки предполагают, что Брут даже мог быть родным ребенком диктатора. Но такая гипотеза кажется маловероятной: Цезарю было всего 15 лет, когда родился Брут (примерно 85 год до нашей эры), а его роман с Сервилией начался спустя несколько лет, заметили в National Geographic. Брут-старший признал Марка Юния Брута своим законнорожденным сыном.

Предполагаемый предок Брута — Луций Юний Брут, племянник последнего царя римского Тарквиния Гордого. Он возглавил восстание против монарха, а после его свержения, в 509 году до нашей эры, стал одним из двух первых консулов Римской республики и ее сооснователем. Возможно, эта родственная связь также повлияла на решение Брута спасти республику.

Изначально Брут выступал против убийцы своего отца, но потом примкнул к нему в борьбе против Цезаря. По словам Плутарха, Брут руководствовался политическими убеждениями о том, что Помпей был более подходящим вариантом в борьбе с тиранией. В National Geographic уточнили, что роман Сервилии с Цезарем тоже мог быть одним из факторов, который привел к тому, что тот поднял клинок против любовника матери.

Цезарь разбил войска Помпея в 48 году до нашей эры. На тот момент казалось, что судьба Брута была предрешена. Но, как писал Плутарх, Цезарь приказал не убивать Брута в бою, пощадить его и взять в плен, если он сдастся добровольно, или не применять к нему силы, если он продолжит сопротивление.

Брут бежал в ходе сражения и написал Цезарю письму, после чего полководец простил его. Еще четыре года Брут прожил, пользуясь благосклонностью своего спасителя и даже стал наместником Цизальпийской Галлии (север современной Италии). К 44 году до нашей эры Брут уже был претором, это предпоследняя ступень на пути к высшей должности в Древнем Риме — консула. При этом столь высокий пост он занял при поддержке Цезаря, миновав другие необходимые в карьерной лестнице ступени.

В заговор против Цезаря Брута, скорее всего, втянул его свояк — Гай Кассий Лонгин. Как уточнял Плутарх, Брут был против диктатуры, но Кассий ненавидел правителя. Как уточнили в National Geographic, авторы древних текстов все же расходятся в том, кто был главным зачинщиком. Нет единства и в оценке поступка Кассия и Брута — некоторые классические авторы изображают их как борцов против неконституционной концентрации власти, а другие как изменников родины и бандитов.

Откуда взялась фраза «И ты, Брут!»

Фраза «И ты, Брут!» стала крылатой благодаря трагедии Уильяма Шекспира «Юлий Цезарь» 1599 года. В пьесе английского драматурга Цезарь произносит эти слова, заметив Брута среди напавших на него заговорщиков.

Сама фраза — творение эпохи Возрождения, подчеркнули в National Geographic. Древнеримские историки Гай Светоний Транквилл и Дион Кассий считаются единственными авторами, которые, не придав тому, особого значения, написали, что перед смертью, увидев Брута, Цезарь произнес на греческом «Kai su, teknon?», что можно перевести как «И ты, дитя мое?». Эти слова прозвочали как выражение горького разочарования, однако атака на правителя была настолько стремительной, что, как отметил Светоний, Цезарь мог умереть, не произнеся и слова.