— Расскажите о себе: чем вы занимались до блога и как переехали в Санкт‑Петербург?

—Я переехала в Петербург более 15 лет назад, но животными я занималась всегда. В родном Омске я тащила котят в родительскую квартиру — с позволения родителей и с их поддержкой. А здесь я начала делать это самостоятельно. Когда я переехала в Петербург, началась своя самостоятельная жизнь: я могла рассчитывать только на себя. Я снимала комнаты в коммуналках, снимала квартиру, потом купила свое собственное жилье — и во всех этих случаях я занималась волонтерством.

Многие думают, что помогать животным можно только в своей, специально оборудованной квартире, но это не так. Даже в комнатах, которые я снимала, где нельзя было размещать животных, я договаривалась с собственником, доплачивала, или держала животное тайком. В общем, при желании всегда можно найти выход и помогать животным хотя бы понемногу.

— Как вы пришли к блогерству?

— Своим блогом о спасении животных я занимаюсь около трех лет, а до этого волонтерство было скорее хобби — в дополнение к моему основному занятию. Десять лет я была бизнесвумен: у меня был свой бизнес, связанный с одеждой, было большое производство, марка, магазины, офис — в общем, все как у серьезного взрослого человека.

Одежда была этичной, потому что с детства больше всего на свете я люблю животных, я вегетарианка. Соответственно, даже мой бизнес отражал мои жизненные принципы, а одежда очень сильно перекликалась с тем, какая я есть. Блог я начала вести, как уже сказала, около трех лет назад, но активно набирать аудиторию стала меньше двух лет назад.

Тогда я решила, что продам бизнес и начну заниматься блогерством профессионально. На тот момент у меня было всего около 3 тыс. подписчиков в Instagram (принадлежит компании Meta, которая признана в России экстремистской и запрещена). Я ушла, можно сказать, в никуда: продала бизнес и просто решила: все, я блогер. При этом речи ни о каком заработке с блога тогда не шло.

И, как ни странно, после того как я поставила эту точку с бизнесом, у меня начался активный рост аудитории, хотя подхода к ведению блога я не меняла. Чуть больше года я получаю с этого доход.

— Помните ли вы своего первого спасенного котенка? В какой момент вы поняли, что это уже не разовая история, а системная помощь животным?

— Первого спасенного котенка вспомнить очень сложно, потому что я реально с детства тащила в дом всех подряд. Но если говорить про самостоятельную деятельность после переезда в Петербург, то это котенок со двора. Я просто вышла по своим делам и увидела, что прямо посреди дороги, где ездят машины, лежит котенок — только вступивший в фазу самостоятельного поедания пищи, ну то есть очень маленький Он просто лежал один — видимо, мама его куда‑то тащила и не донесла.

Тогда я как раз снимала комнату в коммуналке, мне не разрешали никаких животных, но я пронесла его домой. Он жил у меня в шкафу, в тазике, который я оборудовала подстилками и всем необходимым. Я пристроила его через соцсети. Это оказалась девочка, в новом доме ее назвали Черничка, потому что она была черной.

А вот понимание, что я занимаюсь помощью системно, пришло уже в 2020 году — с появлением собственной квартиры. Тогда я осознала, что могу притащить кого‑то в любой момент без последствий, и у меня начался такой постоянный конвейер помощи. Потом я познакомилась со своей подругой, она стала моим постоянным партнером по отловам. И вот после нашего знакомства конвейер по спасению заработал уже совсем плотно и на постоянной основе.

— Как вам кажется, почему именно формат купания котят (рубрика «Топим подвальных блох») сделал ваш блог таким популярным?

— Кстати, я не могу согласиться с тем, что популярным мой блог делает именно эта рубрика. Популярным его делает структура. В целом, блог — это тот же бизнес: нужно понимать, что нужно аудитории, и давать ей это. В моем контенте есть польза, веселье, есть какой‑то дофамин, который люди получают. Благодаря этой структуре блог и работает. Мои адекватные подписчики (не хейтеры, а именно адекватные) — это реально моя семья. Они поддерживают мои ценности и через них закрывают свои потребности в радости, дофамине или экспертной информации.

Поэтому да, рубрика «Топим подвальных блох» суперпопулярная, она дает огромные охваты. И самое главное — благодаря ей все животные пристраиваются. Но новых подписчиков чаще приносят другие рилсы: более экспертные или вовлекающие. А купание котят — это просто охватная история.

— Как вам удается мыть котов так, чтобы они спокойно сидели в воде и не превращались в дьяволят? И вообще — нужно ли мыть домашнюю кошку?

В том, что касается купания, важно прояснить одну вещь: если кот живет дома, самостоятельно ухаживает за собой, у него нет колтунов и не жирная шерсть, то есть если это домашний пирожок, его мыть не надо. Я мою животных просто потому, что это подвальные дички, они жили в ужасных условиях и им это просто необходимо. Они физически не могут самостоятельно очиститься от такого количества грязи.

Но если вы спасли котенка с улицы, принесли его домой и хотите помыть его, нужно соблюдать несколько правил. Создайте тишину: не нужно мыть кошку под душем или под струей воды. Как раз поэтому я и придумала свою систему: есть тазик, в котором я намыливаю котенка, и есть большая емкость в ванной, где я его споласкиваю. В целом помогает тихий, спокойный голос, постоянный разговор с животным, правильная фиксация. Это то, что я могу посоветовать, но не факт, что это сработает. Поведение животного во время помывки — это всегда небольшая лотерея.

— Сколько котят сейчас живет у вас дома и скольких уже удалось пристроить новым хозяевам?

— Вообще я никогда не считаю, сколько у меня животных. Для меня это бесполезная цифра, потому что она постоянно меняется. У меня есть шесть своих питомцев: пять кошек и один кот. Все остальные — это постоянно сменяющиеся кошачьи личности.

Самое большое количество, которое я насчитывала в конкретный момент времени, — это 21 или 22 животных, из них большая часть были котятами. А сколько всего пристроила — у меня в шапке профиля всегда стоит актуальное количество. Сейчас это 105 животных.

— Лечение и содержание животных стоит дорого. Помогает ли блог закрывать расходы на корм, наполнитель, лекарства и ветеринаров или вам приходится искать дополнительные ресурсы?

— Сейчас блог полностью обеспечивает рутинные затраты. Я вообще очень редко делаю сборы. В основном только тогда, когда появляются суперогромные чеки из клиник, если нужны сложные операции или долгое лечение. Но полностью всю рутину оплачиваю я сама. Обработки, базовые лекарства, препараты для новеньких, корма, наполнители — все это покрывает мой блог.

У меня есть ссылка на донаты, но я ее нигде не афиширую и не рекламирую. Если кто‑то хочет поддержать котиков, он всегда может это сделать. Но в целом я уже вышла на тот этап, когда могу обеспечивать своих подопечных самостоятельно.

— Вообще насколько остро стоит проблема бездомных котят? Часто ли вам сообщают о найденышах с просьбами спасти?

— Я максимально резко и негативно реагирую на сообщения в духе: «Помогите, у нас тут котята». Последние полгода я просто молча кидаю таких людей в блок и никому не отвечаю. У меня везде крупными буквами написано, что писать мне с такими просьбами не нужно. Повторюсь: я спасала животных, живя в коммуналке, на зарплату, которой едва хватало на еду. Но я это делала, потому что мне это было важно, и я находила ресурсы.

Я специально сделала подробные гайды: как отловить животное, как оказать первую помощь, как потом пристроить. То есть люди могут сделать все сами. Если мне пишут «приезжайте, спасите», я либо молча блокирую, либо, если настроение хорошее, молча отправляю ссылку на гайд. Как правило, те, кто просит приехать и решить проблему за них, сами делать ничего не хотят. Поэтому чаще всего это просто блок.

А насчет того, как я нахожу котят: мы со знакомыми постоянно стерилизуем взрослых уличных кошек, особенно в сезон. И там вообще не нужно никого специально искать — котята просто сыплются на тебя. Если ты занимаешься стерилизацией в каком-то районе, малышей будет максимально много. К сожалению, их везде очень много.

— Много ли в Петербурге волонтеров, которые тоже помогают животным, и объединяетесь ли вы в какое‑то сообщество?

— С волонтерами я не общаюсь. Большинство из них меня не любит, потому что у меня есть определенный регламент работы. Я стараюсь действовать логикой, а не эмоциями, а в волонтерской среде это, к сожалению, редкая история.

Для меня — это профдеформированный врач, который абстрагируется от эмоций. Ему нужно просто делать свою работу. Я стараюсь быть такой же. Не всегда получается, но в большинстве случаев я стараюсь не подключаться эмоционально, а просто делать.

Например, у меня есть правило: я стараюсь не брать взрослых животных. Я максимально эмпатичный человек, мне всех очень жалко, но я знаю, что KPI на котятах у меня гораздо выше и есть рубрика, через которую они отлично пристраиваются. К тому же я могу сказать резкое «нет», я зарабатываю деньги на своем блоге (что тоже немаловажно) и не организовываю постоянные сборы. В общем, за все это волонтеры меня недолюбливают.

— Как вы решаете, кому отдавать котенка, и как переживаете момент расставания с ним? Вы же наверняка успеваете привязаться?

— Я всегда провожу собеседование с новыми укотовителями. У меня нет единого опросника, который я рассылаю всем подряд. Я просто общаюсь с людьми, расспрашиваю их о животных, которые у них уже были. У меня есть строгие требования по качеству корма, наличию сеток‑антикошек, вакцинации и другим важным вещам. Все это обязательно проговаривается. Если человек мне не подходит, я вежливо отказываю — такие ситуации тоже бывают. Но поскольку блог сейчас очень раскрученный, претенденты на котят есть всегда. Даже несмотря на мои жесткие требования, малыши все равно находят своих мам и пап.

А вот что касается эмоциональной привязки к животным — я к ним не привязываюсь. Я вообще не грущу, когда кого‑то отдаю. Для меня процесс передачи питомца новым хозяевам — это настоящий праздник. Я совершенно не понимаю вопросов из серии: «Ну как же вы отдаете, вы же так к нему привыкли?». Для меня это чистая радость.

Я действую в интересах животного. Если я буду действовать в интересах эмоционального обслуживания собственной личности, мы далеко на этом не уедем. Я таким никогда не страдала и, слава богу, не страдаю.

Памятка от Дани Тихоновой: как спасти животное с улицы и найти ему дом

Первая задача при виде уличного кота — поймать его, но далеко не каждый котенок сам пойдет в руки своего спасителя. Самое рациональное решение — арендовать кошколовку на «Авито» или вызвать профессионального ловца — даже Даня нередко прибегает к помощи профессионала.

Сразу после отлова прямо в переноске коту нужно накапать на холку препарат от блох. После этого котенок помещается на карантин. В этом время мыть питомца нельзя минимум три-четыре дня (точный срок всегда есть в инструкции), а лучше вообще отложить водные процедуры до конца карантина. Через несколько дней после обработки от паразитов нужно дать противогельминтное средство.

Следующий шаг — визит к ветеринару на первичный прием, особенно если у кота есть травмы или подозрение на инфекции. Если финансовая ситуация напряженная, а лечение предстоит сложное, Даня советует открывать сборы в соцсетях. Важно просить друзей о помощи, распространять информацию в тематических группах, обязательно сохранять все чеки из клиник и снимать на видео все процессы: отлов, осмотры и лечение.

На первое время дома спасенного кота лучше всего разместить в просторной клетке. Так он быстрее привыкнет к лотку и будет находиться в безопасной карантинной зоне под вашим наблюдением. Клетку также можно взять в аренду или купить на маркетплейсе, а потом продать. Если в квартире уже есть питомцы, новенького нужно изолировать в отдельном помещении — подойдет комната, кухня или даже санузел.

Когда кот вылечен и социализирован, начинается этап пристройства. Здесь действует главное правило: само ничего не сработает. Важно создать качественный, визуально эстетичный и удобный для репостов контент.