Что тревожит Голливуд: прогноз по сценариям из Black List
. В тренде — страх перед ИИ и корпорациями, женская месть и эротикаПрогноз будущего Голливуда: на какие темы выйдут фильмы в ближайшие годы
Ежегодно в декабре руководители голливудских студий называют любимые сценарии, которые полюбились продюсерам, но пока не вышли на рельсы реализации. Из этих ответов складывается Black List — рейтинг, подаривший зрителям «Миллионера из трущоб», «Операцию «Арго», «Маленькую мисс Счастье» и другие известные и успешные фильмы.
Часто тайтлы из этого рейтинга также определяют, в какую сторону будет смотреть Голливуд в ближайшие годы и какие темы освещать.
Каким сформировался Black List в 2025 году, рассказывает по просьбе РБК Life обозреватель кино- и стриминговой индустрии, медиаэксперт и автор телеграм-канала into the streaming-verse Иван Трифонов.
Радар трендового кино
Каждый декабрь около пятисот голливудских руководителей — от студийных вице-президентов до продюсеров крупных компаний — отвечают на простой вопрос: какие нереализованные сценарии вам понравились больше всего в этом году? Из этих ответов складывается Black List — ежегодный список самых любимых (а не обязательно «лучших») сценариев, которые пока не стали фильмами.
Создатель проекта Black List Франклин Леонард не устает повторять: это most liked, а не best of (то есть наиболее полюбившиеся, а не лучшие из лучших). Но для зрителя разница не критична. Список работает как ранний индикатор: какие сюжеты и жанры сегодня будоражат индустрию — а значит, с высокой вероятностью через год-два начнут всплывать в новостях о покупках, кастингах и премьерах.
Леонард запустил опрос в 2005 году, работая в продакшене Леонардо Ди Каприо Appian Way. Первый список он просто разослал по почте всего 75 коллегам. Сегодня участников почти пятьсот, а сценарии из Black List, по публичным подсчетам проекта, собрали более $30 млрд мирового бокс-офиса и принесли авторам десятки наград, включая «Оскары». Четыре победителя «Оскара» за лучший фильм вышли отсюда: «Миллионер из трущоб», «Король говорит!», «Операция «Арго», «В центре внимания».
- Гарвардская школа бизнеса изучила феномен и обнаружила важную вещь: сценарии из Black List заметно чаще доходят до экрана, а когда доходят — в среднем зарабатывают больше сопоставимых проектов.
- Читать Black List полезно не как «список, что смотреть завтра», а как прогноз. Типичный срок от попадания сценария в список до премьеры — примерно от полутора до четырех лет. «Джуно» была в списке 2005 года и вышла в 2007-м. «Миллионер из трущоб» — список 2007 года, премьера в 2008-м. Это не календарь релизов — это радар.
Список 2025 года был опубликован 9 декабря. В нем 74 сценария от 86 авторов, порог входа — минимум десять упоминаний от участников опроса. Разброс тем показательный: от боди-хоррора про фармстартап до истории создания Riverdance, от эротического триллера про семейного терапевта до политического детектива о спланированной ядерной войне.
Если читать Black List как диагностику настроений, проступают несколько устойчивых паттернов. Голливуд 2025 года боится корпораций, не доверяет технологиям — и одновременно тоскует по жанровому кино среднего бюджета, которое раньше заполняло кинотеатры между фильмами-событиями (блокбастерами и фестивальными хитами).
Лидер списка-2025
Paramount Pictures
Механика Black List простая: каждый участник опроса называет до десяти любимых сценариев, упоминания суммируются. Сценарий под названием Best Seller Матисс Хаддад набрал 48 — притом, что лидеры обычно получают 30–35. Такой отрыв случается раз в несколько лет.
История разворачивается в литературной тусовке Нью-Йорка. Писательница живет в тени знаменитого мужа-романиста, который давит на нее с требованием завести ребенка. Вместо этого она публикует разоблачительную статью об их браке — и текст мгновенно становится вирусным. Дальше начинается война: соблазнение, манипуляции, публичные унижения и приватные сделки.
Но важнее не «кто с кем», а нерв сюжета: власть над нарративом. Тема, которая уже сработала в «Исчезнувшей» Финчера или «Истории о супружестве» Баумбаха: кто имеет право рассказывать твою жизнь? Что делать, если чужая версия тебя продается лучше, чем ты сама? Это один из самых востребованных сегодня сюжетных двигателей: он дает и жанровый драйв, и тему, которую будут обсуждать вне кинотеатра, — от соцсетей до семейных кухонь.
Возвращение эротического триллера
Best Seller — еще и симптом жанрового сдвига. Это эротический триллер, жанр, который Голливуд избегал почти двадцать лет. В 2023 году Netflix забрал с Sundance эротический триллер «Все средства хороши» (Fair Play) в сделке примерно на $20 млн — и для рынка это прозвучало как сигнал: «взрослый» напряженный жанр снова можно продавать и обсуждать, при этом не играя по правилам 200-миллионного блокбастера.
Для сравнения: в 1992 году первый «Основной инстинкт» занял четвертое место в мировом прокате, а в Испании обновил рекорд сборов за все время. Конец XX века был золотой эрой жанра — «Роковое влечение» и «Бритва» Брайана де Пальмы, «Американский жиголо» Пола Шредера. К концу 2000-х этот сегмент практически исчез — отток взрослой аудитории из кинотеатров и ставка студий на глобальный PG-13 сделали «взрослое» кино инвестиционно токсичным.
Расклад поменяли стриминги: Netflix и остальные онлайн-платформы могут позволить себе «взрослый» контент, который, вероятно, не окупился бы в кинотеатре.
В Black List 2025 эротический триллер представлен щедро — и с разными интонациями. Fixation (25 упоминаний) уже имеет сделку с компанией New Regency. По сюжету семейный терапевт заводит роман с незнакомцем в баре — тот оказывается мужем ее новой клиентки. Треугольник «похоти, лжи и манипуляций», как честно сказано в логлайне.
Сюжет другого сценария, Untitled Erotic Teen Fan Fiction Movie (23 упоминания), работает через комедию. Героиня — «ботанистая девственница», которая ведет тайную жизнь автора эротического фанфикшена. Когда издатель просит написать книгу о ее реальном старшешкольном романе (которого не было), приходится объединиться с квотербеком школьной команды — неожиданно полезным консультантом.
Корпорация-монстр
Warner Bros.
Сценарий Equity Уорда Камеля заслужил 35 упоминаний. Это корпоративный боди-хоррор: амбициозный основатель фармстартапа продает «часть себя» харизматичному миллиардеру-магнату. Метафора венчурного капитализма становится буквальной — герой отдает не только долю в компании, но и нечто физическое, телесное. Дальше начинается борьба за возвращение контроля над бизнесом, будущим и собственной жизнью.
Следующий — Alpha (22 упоминания). Это история о карьерном восхождении в лондонской инвестиционной фирме, где «ужас оказывается страшнее индустрии»: внутри героя просыпается то, что он сам не готов в себе признать. Монстр может быть буквальным, может быть метафорическим — и это, пожалуй, самое точное описание корпоративной тревоги 2025 года: система поощряет превращение человека в инструмент, а потом делает вид, что это просто «профессиональный рост».
Есть и более приземленная версия того же страха. The Waffle House Index (16 упоминаний) отталкивается от реального феномена: FEMA (Федеральное агентство по управлению в чрезвычайных ситуациях) действительно смотрит, закрылись ли местные Waffle House (сеть круглосуточных закусочных, культовая для американского Юга), чтобы оценить тяжесть стихийного бедствия, — сеть известна тем, что старается работать при любых обстоятельствах. В сценарии героиня выходит в ночную смену, когда на город надвигается шторм. Саспенс нагнетается через мелкие сигналы: что-то не так с посетителями, что-то не так с погодой, что-то не так с самой закусочной. Бытовой «индекс» превращается в метафору: мы все чаще считываем катастрофы по косвенным признакам — потому что напрямую уже не доверяем ни системам, ни людям, которые их обслуживают.
ИИ: не «восстание машин», а похититель голоса
После забастовки 2023 года тема ИИ в Голливуде переместилась из футурологии в трудовое право. В новых договорах закрепили конкретные ограничения: нейросеть не может быть указана как автор, студии обязаны раскрывать AI-происхождение материалов. Тревога, породившая эти пункты, добралась и до сценариев — но не в духе «роботы захватили мир».
Building Bowie (23 упоминания) разворачивается в недалеком будущем, «одержимом ностальгией, сгенерированной искусственным интеллектом». Героиня — «укротительница дроидов», давно подавившая собственные творческие амбиции, — получает заказ создать реплику Дэвида Боуи. Но андроид начинает эволюционировать за пределы программы. И это уже не вопрос технологии, а вопрос выбора: защитить работу или рискнуть всем, чтобы вернуть себе собственный голос.
Alter (16 упоминаний) предлагает другой ракурс. Нейроспециалист в секретной лаборатории пытается «вшить» психопату-убийце свои воспоминания, чтобы вызвать эмпатию. Когда разумы начинают переплетаться, технология контроля выходит из рук и раскрывает погребенные истины — в том числе о самом ученом. Оба сюжета говорят об одном: будущее пугает не тем, что оно «слишком умное», а тем, что оно слишком легко подменяет человека — и делает это на правах процедуры.
Месть женщин
Фрагмент рабочего сценария фильма «Моя прекрасная леди» (1964) из личной коллекции актрисы Одри Хепберн на аукционе Christie's 22 сентября 2017 года в Лондоне
В списке 2025 года много историй, где героиня не ждет, что система ее защитит. Rush (34 упоминания) занял третье место: студентку насилует член братства, последствий для него — никаких. Тогда она с лучшей подругой внедряется в братство под прикрытием, чтобы отомстить. Проблема в том, что они становятся неожиданными звездами группы новичков и заходят слишком глубоко. Питч, который хорошо описывает этот вкус индустрии: «Дрянные девчонки» встречают «Бесславных ублюдков».
Minnow (27 упоминаний) разворачивает мотив в сторону детектива и психологического триллера. Когда сестра пропадает, Минноу идет на крайние меры, чтобы найти похитителя, — и обнаруживает, что правда выходит за пределы одной истории. После успеха «Девушки, подающей надежды» (Promising Young Woman) Эмиральд Феннел подобные сюжеты стали инвестиционно привлекательными: они дают зрителю эмоциональную разрядку и одновременно показывают, почему «институты» так часто оказываются декорацией.
Путь к «Оскару»: история и true crime
Исторические сценарии — традиционно сильная зона Black List, особенно если говорить о наградном потенциале. В 2025-м громко прозвучал Untouchable (30 упоминаний), занявший четвертое место: «подлинные подвиги Элиота Несса» во время охоты на «Торсо-убийцу» — маньяка, терроризировавшего Кливленд 1930-х. Несс известен как человек, посадивший Аль Капоне, но позже он отвечал за безопасность Кливленда — и столкнулся с расследованием, которое так и не смог довести до финала. По ощущению это ближе к «Зодиаку» Финчера, чем к «Неприкасаемым» Де Пальмы: акцент на процедуре, ошибках и психологической цене охоты.
Есть и другая линия — пересборка мифов. Oh Yoko! (13 упоминаний) — байопик Йоко Оно в духе тренда на реабилитацию демонизированных женщин: от «разрушительницы Beatles» к художнице, которая пытается удержать авторство собственной жизни. А Lords of the Dance (13 упоминаний) — история создания Riverdance: как танцевальный номер превращается в национальный миф и экспортный бренд.
Перерождение индустрии
Netflix
Список 2025 года отражает состояние индустрии после череды потрясений. Сначала — кризис среднебюджетного кино, который тянется с середины 2000-х: фильмы за $30–60 млн перестали окупаться после коллапса DVD-рынка. Потом — пандемия и ускоренный переход на стриминг. Затем — забастовки сценаристов и актеров в 2023-м. Параллельно — волна слияний (Warner и Discovery, Amazon и MGM). Производство возвращается, но студии стали осторожнее в выборе проектов.
Среднебюджетное кино пострадало сильнее всего — фильмы, которые раньше заполняли кинотеатры между большими франшизами. Исчезла старая «вторая касса» в виде DVD-рынка, и студии все чаще выбирают либо сверхдорогие события с гарантированной аудиторией, либо более дешевые проекты, которые живут по логике платформ.
Black List исторически работал как инкубатор именно для такого кино. Сценарий «Джуно» стоил студии $7,5 млн, фильм заработал $231 млн. «Маленькая мисс Счастье» — $8 млн и около $100 млн в прокате. Сценарии 2025 года уже начали находить покупателей: Netflix заинтересовался сценариями Alpha и American Midnight, Apple — сюжетом Early Action, компания Fox Searchlight — проектом Incidents, а в конкурентных торгах 20th Century Studios выиграл сценарий Crush. Это пока не гарантия будущих премьер, но хороший признак: спрос на «идеи, которые режут воздух», снова есть.
Пять тайтлов, за которыми стоит следить
Если хочется вынести из списка практичный шортлист — вот пять сценариев, по которым новости, кажется, появятся быстрее всего:
- Best Seller — будущий «фильм-скандал» о том, кто владеет твоей историей.
- Equity — корпоративный хоррор, где метафора становится телом.
- Rush — месть под прикрытием, легко превращающаяся в культурное обсуждение.
- Untouchable — true crime с наградным потенциалом и человеческой ценой расследования.
- Building Bowie — сюжет о том, как ИИ возвращает вопрос: что такое авторство и зачем оно нам.
Что все это значит для зрителя
Итоги Black List 2025 года выглядят так, будто Голливуд перестал притворяться, что живет в спокойное время. Он снимает собственную тревогу — и продает ее в жанре. Офис становится пространством хоррора. ИИ угрожает не человечеству, а индивидуальности и авторству. Эротический триллер возвращается как знак доверия к «взрослому» кино и его кассовому потенциалу. Месть героинь — не жестокость, а способ психологического освобождения от травмы, которую система отказалась признать.
Для нас это означает простую, но приятную вещь: из этих файлов в ближайшие пару лет начнут появляться трейлеры и премьеры. Black List вот уже два десятилетия работает как радар для раннего обнаружения будущих хитов, скандалов и событий сезона. Качества он не гарантирует — но честно показывает, чего Голливуд боится и на что готов ставить деньги прямо сейчас.
